Neue Semljaki

ПОДПИСКА ПО ТЕЛ.: +49 (0) 52 51 / 68 93 360

ВСЕГО 49 ЕВРО В ГОД! 12 НОМЕРОВ В УЛУЧШЕННОМ, ЖУРНАЛЬНОМ ФОРМАТЕ!

Письма отправляйте по адресу: Kurtour GmbH, Senefelderstr. 12c, 33100 Paderborn. E-Mail: werbung@neue-semljaki.de

  / NeueSemljaki

Рубрика журнала «НОВЫЕ ЗЕМЛЯКИ» -
Это было недавно
 
Все мы – «дети Октября», вспоминается мне расхожая фраза времен незапамятных. И это не просто конъюнктурная производная большевистской идеологии, но непреложная историческая реальность, продолжающая жить в нашем сознании. Октябрь, так или иначе, наложился на судьбы не только советских людей, но и на всех, родившихся много позже тех зловещих октябрьских дней. Получается, все мы грешны. Но по-разному, по-своему.
 
Шел 1983 год. А годом раньше я, молодой, амбициозный журналист, опубликовал в издательстве «Казахстан» свою первую книгу со скромным названием «Lose Blätter», фрагментарные и дерзкие наброски. Открывалась книга «сжатым, но впечатляющим», по мнению критики (В.Эккерт, В.Гердт, Г.Бельгер), эссе, в котором, на основе анализа российской немецкой письменности, начиная со второй половины XVIII века, впервые в послевоенной истории было показано важное место нашего народа в истории России и СССР.
Содержание этой работы не ограничивалось лишь познавательным аспектом. Для меня было важно, прежде всего, побудить советских немцев осознать себя во времени и пространстве. Более того, гордиться благими деяниями своего народа, репрессированного варварской властью, изгнанного ею из исконных мест проживания и, хотя и освобожденного постфактум от ярлыков «врага народа» и «коллаборациониста», но так и не восстановленного в гражданских и политических правах.
Книгу завершала новелла, повествовавшая об участии российских немцев в войне против гитлеровской агрессии и в так называемой трудармии. Тема в то время подцензурная. В качестве рецензентов я привлек симпатизировавших мне работника ЦК Компартии Казахстана В.Аумана и известного писателя, председателя Совета по немецкой литературе при СП Казахстана Г.Бельгера. В том же году новелла была в несколько сокращенном виде опубликована на казахском языке, а в 1983-м поставлена режиссером Э.Шмидтом, с П.Варкентином в главной роли, на сцене Немецкого драмтеатра в Темиртау.
Именно эта публикация стала отправным моментом случая, о котором хочу рассказать читателям. Поздней осенью 1983 г. у меня в редакции в Алма-Ате объявился Христиан Дриллер, известный в Казахстане хозяйственник, руководитель треста «Казнефтедорстрой», и предложил мне прочитать несколько лекций по истории и литературе советских немцев в подразделениях его предприятия «на северах». Его вахтовики обустраивали подъездные бетонные дороги на севере Томской области, и среди них было немало российских немцев.
 
На северах
В одном из моих журналистских блокнотов имеется запись: пятого ноября 1983 г. – вылет в г. Стрежевой, лекции на северах. И вот я в Стрежевом, городке нефтяников, в крайнем северном околотке Томской области. День выдался дождливым. Плотные стальные тучи висли прямо над головой. Темнело.
От Колтогорска, вблизи Стрежевого, мы переправились на буксире через Обь до пристани Медведево. Далее вела бетонная дорога, то и дело переходившая в раздрызганную грунтовку. В вахтовый поселок под названием Казахстан, сгруппировавшийся парой десятков деревянных двухэтажных домов на северо-западной окраине села Александровского, мы прибыли уже за полночь. Устроились в гостинице.
Шестого ноября было, помню, воскресенье. У входа в здание клуба управления треста «Казнефтедорстрой» разминалась ватага вахтовиков разнобойного возраста. Христиан Дриллер и сопровождавший нас Сергей Жвачкин, замначальника газодобывающего управления «Васюганнефть», квартировавшего в Стрежевом, поприветствовали рабочих. Меня представили как немецкого историка и писателя из Алма-Аты. Стихийно взорвались аплодисменты. Валентин Дик, прораб одной из бригад из Каскелена Алма-Атинской области, провел нас сквозь расступившуюся толпу в помещение. Вахтовики расположились в зале.
Управляющий трестом поздравил присутствующих с праздником Октября. Сергей Жвачкин отметил ударный труд вахтовиков: водителей, бульдозеристов, экскаваторщиков, лесорубов, строителей… Кстати, ныне Сергей Жвачкин − губернатор Томской области. Через годы и расстояния шлю ему искренние пожелания благополучия и успехов в этом труде.
Свою лекцию я построил в форме непринужденной беседы. Затронул тему депортации, мытарства спецпереселенцев, в частности в томских северных широтах. В завершение раздарил вахтовикам с десяток экземпляров моей упомянутой выше книги с автографом. Скажу откровенно, аудитория оказалась неплохо подготовленной, и я остался доволен этим, как и последующими творческими вечерами на этой суровой земле.
 
В поисках неизведанных горизонтов
Журналист, натура романтическая, постоянно ищет сюжетные приключения. Согласившись с предложением Х.Дриллера, я не сомневался, что командировка к вахтовикам обогатит меня не только творческими, но и духовными открытиями. Так и случилось.
Стрежевой вырос на месте юртового селения, которое со временем распалось, но в конце 1920-х – начале 1930-х годов туда из Омской области выселили «кулаков» и «подкулачников». Медведево тоже основали переселенцы, охотники и рыболовы.
Село Александровское известно с 1594 г. под названием Нижне-Лумпокольское, с 1625 г. относилось к Сургутскому уезду Сибирского царства. После Гражданской войны в Сибири было передано Нарымскому уезду Томской губернии. Испокон веков гиблые ссыльные места. Но если в царское время туда попадали лишь участники стрелецких бунтов, разинцы, пугачевцы, декабристы, революционеры-боевики типа Джугашвили-Сталина, то советская власть взялась за освоение этих залежных земель с таким стахановским размахом, что его эхо до сих пор отдается трагическим, поминальным колокольным звоном в памяти потомков. Туда пошли этапы из офицерства царской армии, белого движения, «кулаков» и прочих «саботажников». Массовым было выселение туда в начале 1942 г. немцев Поволжья. Возвращаться «домой» после частичной реабилитации им было заказано, а потом – и некуда.
С октября 1917 г. до середины 1950-х годов в Сибирь были сосланы три с половиной миллиона человек, из них в Томскую область − восемьсот тысяч. В музее Стрежевого представлены материалы о трагической судьбе целых народов. Названы имена некоторых советских немцев, выживших в ту страшную годину и внесших вклад в развитие Стрежевого и Александровского района. Среди них − Александр и Лидия Штумпф, Александр Шитц, Ирма Пфейфер (в замужестве Шитц), Лидия Киселева (в девичестве Матайс), осевшие в Медведево, Амалия Шмидт в селе Новоникольское, семьи Боргеров, Мергеров в Стрежевом и др.
 
Октябрь и Сибирь в судьбе народа
Как ни парадоксально, именно преступный Октябрь стал первопричиной массового изгнания советских немцев из ареала их исконного проживания, как и того факта, что многие неординарные личности из нашего народа связали свои судьбы с этим суровым краем. Назову хотя бы некоторых из них.
Георг Дингес (1891–1932) − один из основателей отечественной немецкой диалектологии, профессор Саратовского университета, основатель Центрального музея АССР немцев Поволжья, проректор Немецкого пединститута в Энгельсе. В январе 1930 г. арестован органами ГПУ, обвинен в «антисоветской агитации», выслан в Колпашево Томской области, где умер от сыпного тифа.
Андрей (Хайнрих) Дульзон (1900-1973) − этнограф, последователь Г.Дингеса. Высланный как «враг народа» из Поволжья, он работал на шахте. Позже преподавал в Томском пединституте, посвятил себя изучению языков коренных народов Сибири, в том числе селькупского наречия. За монографию «Кетский язык» был в 1971 г. удостоен Государственной премии СССР.
Гуго Едиг (1920-1991) − ученик А.Дульзона, отбывал трудармейскую повинность в Томской области. Позже был деканом Томского и завкафедрой Омского пединститутов, доктор филологии, профессор, ведущий специалист в немецкой диалектологии. Я имел честь слушать его курсы готского языка, а также диалектов, теоретической и сравнительной грамматики германских языков.
Бодо Иоганзен (1911-1996) родился в Томске, профессор, доктор биологических наук, ректор Томского пединститута, занимался выявлением рыбопромысловых водоемов Нарымского округа. Во время одной из моих встреч с ученым, я поинтересовался, как он смог обойти репрессии. Оказалось, что в поле зрения органов он все-таки попадал, но, по его словам, был занят очень важной народнохозяйственной задачей, увеличением ловли рыбы в Обском бассейне. В те голодные времена это было веским аргументом в его пользу.
 
С прошлым – лицом к лицу
К Александровскому тесно подступал таежный лес. На краю посёлка я остановился у срубной избы, перед которой сидел мужчина преклонных лет в выцветшей, латаной-перелатанной стеганой куртешке с вылезшим лисьим воротником, стеганых штанах и унтах-пимах. Занятый какими-то своими думами, он курил самокрутку. Я поздоровался, достал трубку, тоже закурил.
Старик кивнул, с любопытством рассматривая чужеземца. И, словно вдруг вернувшись в реальность, учтиво предложил: «Присаживайся, гой еси, добрый молодец! Люльку смалишь? Душной у тя табак… А я вот самосадом балуюсь». Я согласно кивнул, немного удивившись его праславянской форме приветствия. Он оказался старожилом, по фамилии Куркуль, 1913 г.р., ссыльнопоселенец из Омской губернии. В 1930-м его арестовали, сослали как кулака, да так и «прописали» этим именем – Игнатий Куркуль.
«А ты из немцев, значит… Я с вашим кланом с раннего детства знался, а потом на ссыльных северах опять судьба свела, − сказал он. − Пришлось с немцем как-то в Колпашевском централе после первого побега и повторного ареста в одной камере чалиться. Профессором был − из Саратова. Припоминаю, Диккенс его величали. Бацильный, он все боле сидел в уголочке и кропал что-то в школярной тетрадке. Недолго он с нами кантовался. Тифом заболел. Помер». А не был ли тот Диккенс, тревожит меня мысль, Георгом Дингесом, отбывавшим ссылку в Колпашеве?
«А про людоедов остров слыхал, иль остров смерти? – продолжал старик. − Там в мае 1933-го боле четырех тыщ наших голодной смертью полегло… Ну да, печать-то ваша об энтом не сообщала…» Он вздохнул, задумался. Я пожал плечами, вдруг почувствовав неловкость, какую-то вину. «Если есть желание, можем завтра с утра на остров отправиться, − предложил Игнатий. − По пути поведаю тебе подробности. Может, пригодится, когда-нибудь напишешь…»
 
Остров смерти
Утром, едва солнце встало из-за горизонта, мы c Игнатием Куркулем и его дальним родственником − Иваном Слюсаревым из села Медведево − загрузили моторную лодку необходимой экипировкой и тронулись в путь. Напомню читателям, что это было в ноябре 1983 г. У штурвала СССР стоял Юрий Андропов, воспитанник всемогущего КГБ. Некоторые его новшества по «наведению порядка в стране» народ приветствовал. Но цензура продолжала неистовствовать. Так что мое стремление заглянуть за фасад ударной стройки «на северах» было небезопасным.
В середине мая 1933 г. Игнатия Куркуля в составе «вражеского элемента» передали из Колпашевского централа на проходивший мимо трехбаржевый состав – караван со спецпоселенцами, в массе своей укомплектованный из пойманных на улице, на базаре, а также вырвавшихся из лап голодомора «беспаспортников». Их было 5.917 человек. Через несколько дней туда же проследовал второй состав с более чем четырьмя тысячами узников на борту. Всех их высадили на остров Назинский, напротив селения Назино. Остров на Оби, буйно заросший лесом и кустарником, был необитаем.
Измученные дальним голодным странствием, без пищи и каких-либо инструментов, чтобы соорудить себе жилье, люди были обречены. Начались голод, болезни. Встречались случаи каннибализма. Уже на второй день пребывания на острове захоронили первые три сотни умерших. Остров выл, вспоминали старожилы.
Лишь на четвертый день привезли им несколько мешков ржаной муки. Ослабевшие люди здесь же, на берегу, не имея никакой посуды − женщины в платках, а мужчины в шапках − разводили ее речной водой и жадно глотали. Те, что были покрепче, готовили себе на костровых углях нечто наподобие лепешек… Разразились эпидемии дизентерии, сыпного тифа. Игнатий Куркуль выжил.
Некоторые пытались переплыть с острова на берег, но там их отстреливали или сдавали сотрудникам ГПУ под расстрел. За каждого «обезвреженного врага народа» власти выдавали местным жителям мешок муки.
…После почти трехчасового пути мы причалили к песчаному, пологому берегу. Прошли вглубь леса. «Мужики, − крикнул Иван, - сюда!» Я подошел и остолбенел: Иван застыл у человеческого скелета. Костлявая рука, казалось, взывала к небу. У изголовья, что было возможным признаком того, что здесь похоронен немец, − подумалось мне, − стоял трухлявый крест.
Мы вырезали из тальника новый крест охотничьим ножом Ивана, им же накопали земли и присыпали просевшую могилу, покрыли ее дерном. Игнатий выстрелил из своего ружья три раза в воздух. Загалдели вороны над головой. И грусть нас черная собой сокрыла…
 
Прощальный ужин у чалдонов
Домой, в Медведево, вернулись с закатом солнца. Иван пригласил нас к себе на трапезу. Жена его, сноровистая чалдонка, угостила нас строганиной из копченой медвежатины, соленой нельмой-белорыбицей и вяленой бескостной пелядью. Иван же то и дело наливал из жбана свою брусничную. Мы пили за нашу случайную встречу, поминали безвинно замученных родных, простых советских людей, павших жертвой красного террора. Вечная им память.
Константин Эрлих, Гамбург
На фото - автор
 

Ваше мнение важно для нас. Какие рубрики вы хотели бы видеть в нашем журнале? Вы пишете воспоминания о ваших близких и родных людях? Повести, рассказы, очерки, стихи? Опубликуйте их в журнале «НОВЫЕ ЗЕМЛЯКИ»! Обращайтесь с вопросами и предложениями прямо в мессенджер Фейсбука.

ЧИТАЙТЕ ЖУРНАЛ «НОВЫЕ ЗЕМЛЯКИ»!

ПОДПИСКА ПО ТЕЛ.: (+49) 05251-6893359 в рабочие дни с 10 до 13 часов. E-Mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра. Kurtour GmbH, Senefelderstr. 12 c, 33100 Paderborn.

Всего 49 евро за 12 номеров с доставкой по почте!

По вопросам размещения рекламы в журнале звоните по тел.: +49 (0) 5251-6893359 в рабочие дни с 10 до 13 часов. E-Mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра. ВОЗМОЖНЫ СКИДКИ!

Add comment

Наши партнёры

We use cookies

We use cookies on our website. Some of them are essential for the operation of the site, while others help us to improve this site and the user experience (tracking cookies). You can decide for yourself whether you want to allow cookies or not. Please note that if you reject them, you may not be able to use all the functionalities of the site.