НАУКА ОТДЫХАТЬ

НАУКА ОТДЫХАТЬ

Старый советский анекдот – про то, когда и о чем думают трудящиеся, – похоже, теряет жизненную силу. Помните его? На работе думают и разговаривают о женщинах, с женщинами – о работе. Был еще один анекдот, имевший хождение не только в Советском Союзе, но и в ГДР, – про то, что при социализме нет безработицы, но никто не работает.
В нынешней жизненной ситуации работа (у кого она есть) стала занимать заметно больше места. И отнюдь не в разговорах – а на практике. Она отнимает больше времени. С большей жадностью поглощает нас. Но вопреки этой железной тенденции в середине лета мысли почти всего населения (по меньшей мере девяноста процентов – об этом чуть ниже) направлены в другую сторону. В сторону отпуска.

Вот мы и решили развить тему летних отпусков – как бы побледневшую на фоне неуклонно возрастающей деловой активности. Удивительно – но с отступлением короны многие обрадовались не тому, что удалось сохранить здоровье и жизнь, а тому, что можно снова работать в прежнем режиме. Кого-то, конечно, вдохновляет перспектива частичного сохранения хоумофиса – теперь уже не столько из-за короны, а ради экономии топлива, которое не будет сжигаться по пути к официальному рабочему месту. Но даже мысли о хоумофисе – это мысли о работе. И даже к теме отпуска не подберешься минуя эти неотвязные мысли.

«СООБРАЗИМ НА ТРОИХ?»

Говорят, лауреат Нобелевской премии писатель Джон Стейнбек, когда был в СССР, специально прогуливался возле московских гастрономов, чтобы услышать это заманчивое предложение. Он честно вкладывал свой рубль, полученный в Госбанке за полтора американских доллара, и сидел с мужиками на скамейках в задних дворах, пуская «родимую» по кругу. При этом его мучил один-единственный вопрос: почему на троих? Почему не на двоих, не на пятерых? В его голове не укладывалась простая калькуляция: три братских рубля на поллитру за 2,87 и на плавленый сырок «Дружба», распиленный дрожащей рукой на три части. Даже получишь сдачу – две копейки. Вот где точность!

Сегодня магический советский призыв вызовет, пожалуй, еще больше недоумений. И недоразумений. Кто-то решит, что «сообразим на троих» – это предложение создать стартап. Вот как поворачивается жизнь. Идеи мои, помещение твое, а личные связи в чиновничьих кругах – это будет вклад третьего.

 

НЕМНОГО О ГРУСТНОМ

Но может быть – о радостном, как кто настроен. В прошлом году мир «проглядел» одну характерную годовщину. Она осталась неотпразднованной. Исполнилось 50 лет термину «трудоголик». Его ввел в 1971 году американский психолог Уэйн Оутс: Workaholic. Причем ввел его не в фельетонном смысле, не ради того, чтобы поскалить зубы над теми, кто горит на работе. Он ввел его как медицинский термин, описывающий вполне конкретный недуг, родственный алкоголизму.

Да, работа, будь она трижды не волком, тоже способна вызывать в человеке зависимость. Как алкоголь, курево и азартные игры. Как компьютер и интернет. Как социальные сети. Только считается, что в интернете или в казино мы отдыхаем. Не говоря уже про бутылочку «того самого» – с нею тоже проводят время, а не «стоят на трудовой вахте». Работа – как ни крути, обязанность. Для многих тяжкая. Но и она, как при стокгольмском синдроме, развивает болезненную привязанность к себе. «Ну а как вы отдыхаете?» – спросили трудоголика. «Как я что?!» – оторопел он.

tn-bild2-750x450-07-2022.jpg

ДЕСЯТЬ ПРОЦЕНТОВ «УТОНУВШИХ»

Они тонут на своем рабочем месте. В Германии синдрому трудоголизма (Arbeitssucht) подвержен каждый десятый работник. Это те, кто никогда не думает об отпуске – в отличие от здоровых девяноста процентов.

Особо высок процент трудоголиков среди руководящих работников. Распределение таково: среди шефов трудоголики составляют 12,4 процента, среди рядовых 8,7 процента. Шефы, стало быть, подвержены в полтора раза чаще. А шефы на «верхних этажах» (16,6 процента) – даже в два раза чаще.

Но вообще говоря, пирамида переворачивается, если оценивать масштаб производственной деятельности. Так, на крупных предприятиях доля трудоголиков менее десяти процентов. А на мелких, с числом сотрудников менее десяти, она превышает 12 процентов. И дело, конечно, не в том, что работа в маленькой фирме «захватывает». Просто на крупных предприятиях действуют более строгие правила организации труда. Да и профсоюзный контроль здесь строже. А «мелочь» типа стартапа на троих меньше поддается учету.

В мелких деловых масштабах, без профсоюзного участия, без совета трудового коллектива, пример начальника-трудоголика более, так сказать, заразителен. Кому отливаются кошкины слезки? Ясно – мышкам-подчиненным. Для такого начальника пунктуальный уход с рабочего места подчиненного оскорбителен. Как это ты пошел домой, если я еще работаю? Ссылка на домашние дела не смягчает начальственную душу. С точки зрения трудоголика, домашние дела – это выдумка бездельников. Как и сам дом. У трудоголика его нет. Он про него не помнит.

Процент трудоголиков в общем числе занятых выявили по заказу ведущих профсоюзов эксперты Фонда Ханса Беклера. Обработку данных провели Федеральный институт исследований профессий (ВIВВ) и Технический университет Брауншвейга.

Ранее считалось, что трудоголизм – явление редкое и «не имеющее значения». Однако десять процентов это уже не редкость. И еще 33 процента занятых признают, что работают чересчур много – хотя не теряют способности «в нужный момент» остановиться. Это похоже на заверения любителей выпить, достигших стадии предалкоголизма. Они успокаивают себя (и окружающих) тем, что в любой момент могут отставить стакан. Мочь-то могут – но…

Любопытно, что доля трудоголиков и предтрудоголиков примерно равна доле алкоголиков и предалкоголиков в обществе. Примерно такие же доли подвержены другим видам зависимости – от наркотиков до однорукого бандита и компьютерной мышки.

Причем Германия отнюдь не «сдвинулась» в области трудо­голизма. Аналогичные исследования в других странах дают аналогичные результаты. В США трудоголиков – «те же» каждый десятый. В спокойной Норвегии – один из самых низких в Европе показателей: 8 процентов. Самая «повернутая» страна – нет, не Япония (хотя близка к этому), а Южная Корея: 40 процентов трудоголиков! Представляете? Каждый второй на бессменном трудовом посту!

Исследование, проведенное в Германии, не содержало (пока, по крайней мере) этнической составляющей. Но полагаем, что среди работников-
аусзидлеров доля не ниже, чем у местных немцев. А если среди аусзидлеров ниже процент «высокого начальства», то это компенсируется низким, почти нулевым процентом фамильных состояний, перепадающих нашим людям по наследству. Собственные дома, в которых живут многие из нас, не достались по бабушкину-дедушкину завещанию. Они построены собственными руками, кредиты исправно возвращаются (или уже возвращены) из собственных кошельков. Все это, естественно, вынуждает больше работать, больше зарабатывать. И вот тебе, пожалуйста, трудоголизм.

 

А ЧТО В ОСТАТКЕ?

По идее, в остатке должен быть интенсивный, здоровый и интересный отдых. Чтобы восполнить затраты «самого себя» на свое же благосостояние.

Но практика показывает: азы полноценного отдыха многим непонятны.

«Куда вы едете в отпуск?» – «Еще не решили!» Такой вопрос и такой ответ с наступлением июля были бы логичны, если бы речь шла об отпусках будущего года. Но если речь о нынешнем лете – значит, ответ выдает элементарное неумение организовать свой отдых. Наука побеждать (на работе) гораздо более внедрена в коллективное сознание, чем наука отдыхать.

Да, есть принципиальные фанаты «последней минуты». Дескать, отпуск возьму «когда дадут», а отпускной тур – «куда дадут», из предложений last minute. Вообще, во всем мире признано, что немцы обожают планировать – основательно и задолго. Планировать все, в том числе отпуска. Но доля туров «последней минуты» возросла в нынешнем веке и в Германии. По данным института Web-Tourismus, число таких поездок составляет около 25 миллионов в год. Они дают туристическим, авиационным, отельным компаниям выручку в размере 10 миллиардов евро.

 

МОТАЕМ НА УС

Привлекают, разумеется, скидки «последней минуты». Но нередко зазывные знаки процентов, порхающие над ценой, затуманивают сознание. Защитники прав потребителей разъяс­няют: скидки последней минуты нередко ниже (а не выше), чем скидки раннего бронирования (Frühbucherrabatt), предлагаемые минимум за четыре-шесть месяцев до начала тура. К тому же скидки раннего бронирования предлагаются независимо от базовой цены, а скидки последней минуты предлагают преимущественно на дорогие туры. Процент может выглядеть привлекательно – но при высокой базовой цене и цена «со скидкой», в общем, кусается.

Image

Предложения «последней минуты», конечно, не поступают в последнюю минуту. Они, как правило, действуют в период от двух недель до трех часов до начала тура. В начале этого «каунтдауна» скидки весьма скромные, они резко подскакивают к концу. Но если вы взяли «последнюю минуту» по сказочной цене за три часа до отлета самолета – то успеете ли собрать чемодан?!

Словом, ставка на «последнюю минуту» в большинстве случаев непрактична. Она, возможно, убедительна для молодого холостяка, которому действительно без разницы, «куда податься». Людям семейным, основательным она скорей испортит, чем обогатит отдых.

Отсюда совет номер один: планировать и оплачивать отпуск заблаговременно. За полгода-год. Тем более, что и гарантии бесплатного шторнирования, окрепшие за годы короны, уменьшают риски при ранней оплате отпуска (стандартный риск – это когда заплатил своевременно, а поехать в оговоренный срок не смог: вернут ли тебе деньги?).

Совет номер два: смените смартфон с одной картой на аналогичный с двумя. Мобильная связь – распространившаяся как саранча «отрава для отпуска». Мобильный телефон – это доступность работника в любую минуту, в любой ситуации. Чем пользуются шефы-
трудоголики. Позвонили – выдернули. Из дому. Прощай, выходной! Из отпуска выдернуть сложней. Но позвонить и испортить отдых нудной телефонной жвачкой по неотложным деловым вопросам – это всегда пожалуйста.

Упрощенная защита от звонков формулируется так (из числа бабушкиных рецептов): отключите свой мобильник! Но без смартфона сейчас как без рук. Умней продублировать SIM-карту. Номер с одной – для контактов по работе и по прочим деловым вопросам. Номер с другой – исключительно для собственных нужд, для членов семьи, родственников, друзей. В отпуске заблокируйте «рабочую» карту – а звоните и заходите в интернет со второй.

Следующий совет. Год назад, освещая тему летних отпусков, мы говорили о том, что настало время открыть Германию. Заграничные поездки «опасны» и ненадежны из-за пандемии. Вирусная угроза не развеялась и нынешним летом. Некоторые страны до сих пор остаются закрытыми для туристов. И много «третьих» стран, в отношении которых запреты не действуют – но риск «привезти» оттуда что-то инфекционное все равно высокий.

В этом смысле самый безопасный и надежный вариант – отпуск в Германии. Тем более, что число имеющихся здесь чудес света – гораздо больше семи. Хватит на много лет!

Елена Шлегель

Читайте больше из рубрикиТема номераФорумИнтеграцияЛитератураЛиния жизниИстория немцевЖизнь и психологияИнтересноеОтветы на вопросыв печатном формате журнала

This image for Image Layouts addon

ПОДПИСКА НА ЖУРНАЛ

Годовая подписка на журнал "Новые Земляки"
12 ВЫПУСКОВ за 56,- €

Заполнить формуляр
Image

Новые Земляки

«Новые Земляки» – журнал для переселенцев, русскоязычных жителей Германии, завоевавший доверие и уважение многочисленных читателей. Распространяется по подписке по всей территории Германии. Выходит один раз в месяц, двенадцать раз в году.

Kontakt

Verlag Neue Semljaki

Senefelderstr. 12c
33100 Paderborn

werbung@neue-semljaki.de
+49 5251 689 33 59
Mo-Fr 9.00-18.00 Uhr

Наши партнёры

Dominik Motel
KIT-BAU GmbH

Publish the Menu module to "offcanvas" position. Here you can publish other modules as well.
Learn More.