Neue Semljaki

ПОДПИСКА ПО ТЕЛ.: +49 (0) 52 51 / 68 93 360

ВСЕГО 49 ЕВРО В ГОД! 12 НОМЕРОВ В УЛУЧШЕННОМ, ЖУРНАЛЬНОМ ФОРМАТЕ!

Письма отправляйте по адресу: Kurtour GmbH, Senefelderstr. 12c, 33100 Paderborn. E-Mail: werbung@neue-semljaki.de

  / NeueSemljaki

Биографические записки о том, где побывал и что видел российский немец Алексей Филиппович Гергенрёдер
Публикуется в сокращении
 
Рубрика газеты «НОВЫЕ ЗЕМЛЯКИ» -
Люди и судьбы
 
Пересечение нитей
Одна нить потянулась из деревни, что в шестидесяти километрах восточнее Бонна, в Любек, к кораблю, отплывшему в Санкт-Петербург, оттуда нить вытянулась вглубь Российской империи, где в Поволжье завязалась узелком под названием «колония Куккус» и где осела семья, чью фамилию Hergenroether записали по-русски: Гергенредеръ. Это было начало царствования Екатерины II.
Немецким колониям присваивали также русские названия. Куккус стал селом Вольским Новоузенского уезда тогдашней Самарской губернии. Каждая семья переселенцев получала тридцать десятин земли (десятина – чуть больше гектара) и дом, построенный русскими государственными крестьянами. В «Мертвых душах» Н.Гоголь описывает усадьбу Собакевича: «Деревянный дом с мезонином, красной крышей и темно-серыми или, лучше, дикими стенами, – дом вроде тех, как у нас строят для военных поселений и немецких колонистов». Ещё семье предоставляли лошадь, корову, орудия труда и беспроцентную ссуду − триста рублей серебром. (В то время, к примеру, корова стоила девять рублей). Переселенцы на тридцать лет освобождались от налогов и не подлежали призыву на воинскую службу.
Жители немецких колоний официально именовались колонистами-собственниками, с 1871 г. − поселянами-собственниками. Тогда же было отменено освобождение от воинской службы.
Вторая нить потянулась из Германии в Одессу, где в многодетной семье Кунов (Kunov) родилась Хедвига. Феодор Кунов, по протекции богатых родственников, был принят управляющим имением графа Воронцова-Дашкова в Жмеринке и переехал туда с семьёй. В хозяйстве имелся сахарный завод, понадобился механик, было дано объявление в газетах. На него откликнулся Филипп Андреевич Гергенредер, уроженец колонии Куккус. Он окончил гимназию в Саратове, после чего освоил несколько профессий.
Шли 1880-е годы, о которых персонаж чеховского «Вишнёвого сада» Гаев сказал: «Я человек восьмидесятых годов... Не хвалят это время, но все же могу сказать, за убеждения мне доставалось немало в жизни. Недаром меня мужик любит. Мужика надо знать!» Гаев подразумевал свою якобы верность либеральным идеям, тогда как время было сумрачное: правительство «закручивало гайки». Однако 1880-е годы отличались также ростом машинного производства, развитием техники.
Гергенредер показал себя в Жмеринке хорошим механиком. Управляющий выдал за него свою дочь Хедвигу, когда ей исполнилось девятнадцать. Филиппу Андреевичу было тридцать четыре. Венчал молодожёнов лютеранский пастор.
 
Пруд у Бессоновки
Филипп Гергенредер решил жить независимо от тестя и, узнав, что в селе Бессоновка под Пензой сдают в аренду пруд с водяной мельницей и тридцать десятин земли, переехал туда с женой и с их первенцем Владимиром. Семью встретил русский лиричный пейзаж уходящего лета: березнячок, окаймлявший выгон со стадом на нём, околица села, за ним луг, прилегавший к тихому пруду, за которым виднелся лес.
Приехавших принял низенький деревянный домик на берегу пруда, здесь родились Павел, Фёдор, Маргарита, мой отец Алексей, Николай, Константин.
Пруд изобиловал рыбой. Некий купец завёл с Филиппом Гергенредером разговор: куда-де вам управляться и с мельницей, и с землёй, и рыбу ловить. Пусть, мол, мои люди её ловят, а через год я вам заплачу. Мой дед согласился. Работники купца сетями ловили рыбу в пруду. Прошёл год, Филипп Андреевич напомнил купцу о договоре и услышал: «Да я же вам заплатил! Как так вы не помните?» Мой дед вне себя обратился в суд, мировой судья спросил: «Где расписка?» Гергенредер ответил, что расписки не брал. «В таком случае ничего сделать нельзя», – ответил судья. Свойство моего деда, каковое я мягко назову непрактичностью, подводило его не один раз.
 
Утро жизни
Мой отец Алексей Филиппович Гергенредер родился в ноябре 1902 г., как уже сказано, в Бессоновке. Избегая высоких слов, он говорил о своём раннем детстве: «Время было погожее». Неказистый домик, где он появился на свет, смотрел окнами на пруд, с трёх других сторон к дому подступало поле. Стоило шагнуть за порог – и ты в поле. В три года Алексей на всю жизнь запомнил запах трав, гудение шмелей, стрекотание кузнечиков. Однажды ему, четырёхлетнему, мать в поле показала очаровательные цветы и сказала по памяти:
«Колокольчики мои,
Цветики степные,
Что глядите на меня,
Тёмно-голубые?»
Алексей быстро выучил наизусть стихотворение Алексея Толстого. В те же четыре года запомнил стихи-молитвы на немецком. Родители моего отца говорили между собой по-немецки, а с детьми – по-русски, и Алексей, его младшие братья немецким не овладели.
Итак, дом стоял у пруда, по другую сторону которого несмолкаемо шумела вода, падая на колесо водяной мельницы, построенной из брёвен и крытой дранкой. Рядом располагались хозяйственные постройки, помалкивал подступавший к ним таинственный лес.
Филипп Андреевич повёл сына в лес, мальчик так и глядел по сторонам, задирал голову к вершинам деревьев. В то время они казались ему огромными. «Страшно?» – спросил Филипп Андреевич. «А тебе?» – спросил сын. «Нет!» – «И мне не страшно», – ответил Алексей, хотя, как он потом вспоминал, было ему не по себе, но он полагался на отца.
Отец поймал ужа, сказал, что тот безвреден, и велел сыну взять его рукой: «Сейчас узнаю, трус ты или нет». Алексей коснулся ужа и отдёрнул руку, но потом всё же взял его. Отец показал жёлтые пятнышки на шее ужа с двух сторон около самой головы: «Есть пятнышки – безопасный уж. Нет пятнышек – опасная, ядовитая гадюка. Бояться змей, убегать не надо, но если увидишь змею, не приближайся».
Заставлял Алексея ловить лягушек и, подержав, отпускать. Однажды велел подержать в руке бородавчатую жабу, сказав, что бородавки на руку не перейдут, это выдумка. Брезговать не надо, противных существ не бывает. «Убивать, − говорил Алексею отец, − нельзя ни лягушек, ни жаб, но не потому, что гроза будет. Никакой грозы не будет. Но ты хочешь жить – также и они хотят. Ты не хочешь, чтобы тебе делали больно, – так и им не делай».
Алексей помнил, как летом отец пошёл с ним в лес собирать грибы, рядом бежали два пса. Отец объяснял, какие грибы зовутся сморчками, какие – сыроежками, какие – опятами. Вдруг псы залаяли, бросились за деревья, и Алексей увидел убегавшую лису. Отец отозвал собак, сказав сыну: «У меня нет с собой ружья, потому что в это время нельзя охотиться. У животных, у птиц появилось потомство, надо дать его выкормить».
Самый лучший завтрак в лесу, в поле, в дороге – кусок чёрного хлеба, политый подсолнечным маслом и посоленный, лук зелёный или репчатый и пара огурцов. Летом – малосольных или свежих, зимой – солёных. Любимой едой Алексея в раннем детстве были каша из толокна и блюдо, которое по-немецки называли «армер риттер» (бедный рыцарь). Сухари смачивались молоком и запекались с нарезанными яблоками.
 
Кузнецк
Владимир, Павел, а следом и Фёдор поступили в реальное училище имени Царевича Алексея в уездном городе Кузнецке, где две сестры Филиппа Андреевича имели дома. Маргарита поступила в кузнецкую женскую гимназию. Братья и сестра жили у своих тётей, приезжая на каникулы домой. Подошла и Алексею пора учиться, подрастали два младших брата. Отправлять ещё и их к тётям не годилось, к тому же закончился срок аренды пруда с мельницей и земли. В 1908 г. семья переехала в Кузнецк. Здесь на улице Конопляновской был взят внаём первый этаж каменного дома.
Ф.А.Гергенрёдер стал служить в земстве распорядителем земляных и строительных работ: руководил прокладкой дорог, строительством деревянных мостов, плотин, рытьём колодцев. Жалование было скромным, он получал бы больше, работая на частных лиц. Однако он считал долгом делать посильное для крестьянства. У села Евлашево устроил водоём, построил православную каменную часовню. За труд мой дед был 25 мая 1913 г., в 300-летие Дома Романовых, награждён именным орденом, увенчанным Российской короной (подробнее см. на стр. 14).
После переезда в Кузнецк старшие братья Алексея, которые теперь стали жить в одном доме с ним, рассказывали о рыцарях, о том, что лучшее войско из них создал германский король, ставший императором Священной Римской империи, Фридрих Барбаросса, что значит – Краснобородый. Он совершал походы в прекрасную тёплую страну фруктов и винограда Италию, вместе со знаменитым английским королём Ричардом Львиное Сердце участвовал в Третьем крестовом походе в далёкую Палестину.
Алексей узнал от братьев о тевтонских рыцарях, большинство которых было немцами, их войско разбил на Чудском озере русский новгородский князь Александр Невский. За много лет до него жил киевский князь Олег, который со своими воинами на ладьях доплыл по морю до Царьграда, взял его, прибил к его воротам щит, прославился и другими победами.
Русские князья, рассказывали братья, воевали друг с другом, и один из них Святополк Окаянный убил Бориса и Глеба, а Василька ослепил. Его Алексею было особенно жалко. В семье Гергенрёдеров все были сострадательны, и первая – мать Хедвига Феодоровна. Она вносила вклад в содержание кузнецкой бесплатной для бедных чайной, где с яичницей и булками подавали на выбор молоко, сбитень, взвар, чай с сахаром. Хедвига Феодоровна, по очереди с другими дамами, бывала там подавальщицей.
Семилетним Алексей прочитал сам первую книгу – роман Даниэля Дефо о Робинзоне Крузо – и представлял себя моряком, путешественником. Второй прочитанной книгой стал «Всадник без головы» Майн Рида. В то время у Алексея уже были друзья-кузнечане – Вячеслав Билетов, Дмитрий Панкратов, Фёдор Леднёв, Константин Ташлинцев. Друзья играли в городки, запускали воздушных змеев, ловили бреднем рыбу в речке Труёв.
 
Смерть деда
Весной 1914 г. моему деду в больнице Кузнецка удалили камни мочевого пузыря. Операцию сделали успешно, но была Пасха, подвыпивший фельдшер, промывая рану, занёс инфекцию, началось заражение крови. Алексей с ребятами играл на улице, когда его позвали: «Скорее! Твой отец умирает!»
Прожил Филипп Андреевич пятьдесят три года. Алексею шёл двенадцатый год. На похороны пришли видные кузнечане, две сестры покойного на поминках причитали: «Куда же Этвихь (Хедвига, его вдова. – Авт.) глядела? Он мог брать выгодные заказы, стал бы состоятельным человеком, а так – остались долги…» Алексей вспоминал, что мать, сцепив руки на груди, громко и нервно произнесла: «Он служил России!» С ранних лет мой отец помнил родительский завет: «Нас переселила в Россию Екатерина Великая, и как она старалась для России, так и мы должны стараться. Россия нас приняла!»
Сёстры Филиппа Андреевича, обе небедные, заплатили долги и помогли вдове открыть булочную с пекарней. Семья стала жить доходами от булочной. Алексей, как и его старшие братья, учился в Кузнецком реальном училище. Николай и Константин – в высшем начальном училище (городском четырёхклассном учебном заведении того времени).
 
Сила Андреев
За городом у речки Труёв Филипп Андреевич, после переезда в Кузнецк, купил землю, от которой отрезали часть под огород. Подле мой дед с помощью наёмных работников построил избу, конюшню, хлев, баню. В избе поселился Сила Андреев, который был наёмным работником Филиппа Андреевича в Бессоновке. Он занимался огородом, смотрел за жеребцом Ханбеком, держал коз, разводил кроликов, откармливал свиней. Рядом с конюшней и хлевом стояла будка Злодея, большущей лохматой дворняги. Злодей, обычно не сидевший на привязи, мог броситься на чужих, и, если кто-то чужой приближался, о чём пёс оповещал яростным лаем, Андреев сажал его на цепь.
Гергенрёдерам принадлежал Ханбек, а козы и кролики − Силе. Половину заколотой свиньи он отдавал хозяевам. Злодей был общим.
У Андреева имелись для защиты от воров двустволка и пистолет, ветхозаветный кремнёвый. Пистолет редко давал осечку. При выстреле с двадцати шагов в тыквы, положенные одна за другой, пуля пробивала первую тыкву и застревала в середине второй.
Тыквы, арбузы, репа – на огороде росло всё, что родит земля на Приволжской возвышенности. Большую часть огорода вспахивали на Ханбеке под картошку. Андрееву помогали в этом деле, как и в косьбе луговой травы, братья Гергенрёдеры. Осенью они на телеге перевозили картошку, другие овощи домой в город, оставляя работнику его часть. Ханбека также запрягали в дровни и возили дрова на зиму как Андрееву, так и в город Гергенрёдерам. Возили в пекарню муку от торговца мукой.
До своего ухода из жизни Филипп Андреевич в повозке с лошадью, которые полагались ему по службе, а зимой в санях возил жену и младших сыновей к Силе Андрееву париться в бане. Отец описывал радость – идти морозным вечером к натопленной бане, когда сияет луна, справа и слева от дорожки высятся бело-синеватые в её свете сугробы, пахнет дымком. Раздевшись в предбаннике, хорошо опять выскочить на мороз и, ёжась, броситься назад в баню, где тебя обдаст паром.
Попарившись, пили в избе чай из самовара, с мёдом или вареньем. От русской печи, которая, как говаривал Сила Андреев, «дров берёт мало, а жару даёт много», становилось душно. Ложились спать: родители, Андреев и Алексей – на покрытые бараньими тулупами лавки вдоль стен, Николай и Константин – на лежанку печи. Место Алексея на лавке было близко к столу, где стояла керосиновая лампа, и можно было некоторое время почитать.
Летом бывало ещё интереснее. Алексей и его товарищи отправлялись к Силе Андрееву пешком, учились у него плести верши для ловли рыбы, называемые «мордами», и делать зыбки «на раков». Он рассказывал, в пору цветения каких растений вовсю клюёт та или иная рыба, какая наживка хороша для голавля, какая – для окуня, учил «приваживать» рыбу к определённому месту, называя его «привадой», объяснял, как сделать съедобными грибы, о которых думают, что их нельзя есть. Грибы мальчики собирали частенько, за что их дома хвалили, ибо излишка еды в их семьях не было.
Продолжение следует
Игорь Гергенрёдер, Берлин
Фото из архива автора
На фото: Феодор Кунов, его жена Маргарита, их дети слева направо: Франциска, Хедвига (мать Алексея Гергенрёдера),
Элизабет, Юлиус. Одесса, 1870-е годы; Дом купца Фалина в Кузнецке, в котором жили Гергенрёдеры в 1908-1916 гг.
 
Ваше мнение важно для нас. Вы пишете воспоминания о ваших близких и родных людях? Повести, рассказы, очерки, стихи? Опубликуйте их в газете «НОВЫЕ ЗЕМЛЯКИ»! Обращайтесь с вопросами и предложениями прямо в мессенджер Фейсбука.
ЧИТАЙТЕ ГАЗЕТУ «НОВЫЕ ЗЕМЛЯКИ»!
ПОДПИСКА ПО ТЕЛ.: (+49) 05251-6893359. E-Mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
ПОКА ЕЩЁ ВСЕГО ЛИШЬ 49 ЕВРО В ГОД! 12 НОМЕРОВ В УЛУЧШЕННОМ, ЖУРНАЛЬНОМ ФОРМАТЕ, 72 СТРАНИЦЫ!
По вопросам размещения рекламы в газете звоните по тел.: 05251-6893359 в рабочие дни с 9 до 15 часов. ВОЗМОЖНЫ СКИДКИ!
Наши рубрики: новости мира и Германии, «Интеграция», «Немцы в мире», «Страницы истории», «Люди и судьбы», «История любви», «Это было недавно», «Подружка», «Жизнь известных людей», «Не хлебом единым…», «Курортные ведомости» (полезная информация о курортах и санаториях), «Ищем друг друга» (поиск родных и друзей), «Одинокие сердца» (страничка знакомств), «Светские новости», «Криминал», «Ответы на вопросы», «Будьте здоровы!», «Советы потребителям», «Дом и квартира», «Пенсионеру о законах», «На досуге», «Наши юбиляры» (поздравляем наших подписчиков с праздничными датами), письма читателей (Форум в газете!), кулинарная страница, юмор, кроссворды, сканворды, судоку и многое другое.

Add comment

Наши партнёры